TVD&TO:FINAL FIGHT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TVD&TO:FINAL FIGHT » The World Has Turned and Left Me Here » too many questions, too few answers


too many questions, too few answers

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

https://45.media.tumblr.com/86ed52ce64d3824d06c8f7351acfbee6/tumblr_o19nmpYYiw1tbjksno1_500.gif
Название эпизода
участники: Финн, Фрея
дата:
10,04
Краткое описание сюжета
Фрея встретила своего брата, спустя так много столетий. Что принесет им эта встреча?

0

2

Матушка умела эффектно появляться и приносить сюрпризы. Она была уже наслышана от братьев, что эту змею ничто не берет. Раз за разом она находила способ вернутся в мир живых  и портить жизнь своим детям. Эта навязчивая идея истребить тех монстров, что она сотворила сама, окончательно сделали ее ненормальной. Впрочем, нормальностью никто из членов семьи Майклсонов похвастаться не может. Но у остальных хотя бы нет этого навязчивого желания.
В этот раз, Эстер удивила видимо всех еще больше. Притащив Финна и снова втянув его в свои игры. Не ожидала Фрея увидеть его сегодня тут. Впрочем, как и Эстер. Но если та еще как-то вписывалась во всю эту картину, то наличие брата, древняя ведьма не могла так спокойно принять.

-Финн, брат мой, - девушка повернулась к мужчине, после того, как закрыла дверь в другую комнату и наложила запрет на вход. Ни к чему кому-то им было мешать. Можно было, конечно, наложить заклинание тишины, но вряд ил тут будут подслушивать. Ник и его подруга будут заняты выяснением отношений между собой и им точно нет дела до старших детей Эстер.

-Неожиданный сюрприз. И у меня если честно,нет слов, - Фрея подошла к брату, и посмотрев несколько секунд в глаза, улыбнулась и обняла его, - как же много прошло времени.
Далия разлучила ее с отцом, братьями. А Эстер стояла и ничего не делала. Ни тогда, ни потом. Она стала одной из могущественных ведьм, но оставила свою дочь у сестры, не попытавшись вернуть. Злость и обида на Эстер жила в сердце Фреи все это время, и будет жить до скончания веков. Она была рада увидеть смерть Эстер, но как же больно было ей видеть, что Финн на стороне матери. Преданный ей, будто она лучшее, что есть в этом мире.

-Я надеюсь, ты не собираешься вернуть ее снова к жизни?
- Фрея отошла чуть в сторону и села в кресло, - ведь если этот так, мне придется снова помочь нашим братьям в убийстве этой сумасшедшей женщине, которая ненавидит своих детей. Кол, Ник, Элайджа, Бека для нее чудовища, но единственное чудовище, которое было в нашей семье, это Эстер.

0

3

Кто бы мог подумать, что он снова сможет оказаться с ней вот так рядом. Он уже даже привык к тому, что заперт в ее амулете. А сейчас, она стояла перед ним, такая живая, настоящая. Финн терялся в ощущениях и мыслях. Он был явно рад, что матушка не успела навредить его сестре, когда решила пощекотать нервы древнему гибриду. Финн был удивлен, что Никлаус привел с собой именно эту ведьму, но тем не менее, он чувствовал благодарность.
Ему было абсолютно все равно, что будет происходить в соседней комнате. Девушка, которую мать собиралась использовать как оружие против Первородных была либо слишком глупа, либо слишком смелой. Она добровольно осталась наедине с Клаусом, а Финн и не собирался занимать спасением юных особ. Это ее выбор.
- Фрея, - он осматривал ее цепким взглядом, как будто пытался запомнить каждую черту лица, каждую особенность. Он приходил к ней, когда ей нужна была помощь. Против своей воли, практически, но сейчас все было иначе. Ведьмак даже дернулся в желании приблизиться к сестре и обнять ее, но тут же взял себя в руки.
- Не так много, как тебе кажется, сестра, - он улыбнулся. Еще пару месяцев назад он стоял перед ней вот так же, только в совершенно другом теле. Теле, что ему подарила его мать, в качестве подарка в честь возвращения. Как раз тогда Фрея и заключила его дух в свой кулон, освобождая ведьмака Французского квартала от пагубного влияния Майклсонов на свою судьбу. Финн не задумывался ни на минуту о том, как дальше сложилась жизнь мистера Гриффита. Его это мало интересовало.
- Даже если бы я этого хотел, сестра, я не такой сильный, чтобы вытащить Эстер с того света, - он наблюдал за каждым ее движением, жадно впитывая, как губка, эту жизнь и солнечный свет, что излучала старшая сестра. - Она всего лишь хотела вернуть их к началу, Фрея. Сделать ведьмаками, как ты и я, они сами предпочли остаться кровожадными монстрами. Неужели, ты считаешь это лучшим выбором для них? - Он прошелся по комнате и, придвинув, сел в кресло напротив сестры, пристально глядя ей в глаза. - Я рад снова видеть тебя.

+1

4

-Для нашей семьи, понятие " время", давно уже обесценилось, но между тем, время, что я провела с Далией, тянулось бесконечно, - негромко отозвалась девушка. Если бы не Далия, Фрея давно бы уже умерла, и нашла покой, но та сделала ее бессмертной. Под стать своим братьям. Которые по началу в общем-то не особо были рады появлению старшей сестры. В частности Никлаус. Который за все эти века стал главной фигурой семьи, на доске под название " как завести сто друзей в сотой степени".
-Наша матушка всегда находит возможность вернуться, так что я имела ввиду, если она опять найдет способ и у тебя будет возможность, ты сделаешь это? - ведьма провела кончиками пальцев по пыльному столу и посмотрела брату в глаза. Непривычно было видеть его. Видеть в своем теле, не в чужом, не в кулоне. А вот таким живым. Первый сын Эстер, и первый брат Фреи. Они всегда в детстве были близки. И сколько времени не прошло, связь между ними всегда была крепкой. Наверно самой крепкой во всей семье, хотя, ведьма любила всех братьев и сестру не меньше, чем Финна. Но к нему она испытывала все же намного больше чувств.

-К началу? Такими как ты и я? О чем ты Финн. Эстер чудовище, которое никого не любит. Она переселила бы их в другие тела.  И что было бы дальше? Четыре чужих жизни будут отняты, что бы наши братья и сестра стали ведьмаками? С их искалеченными душами? Не кажется ли тебе, мой брат, что это еще хуже, - древняя ведьма снова посмотрела на брата, и во взгляде пробежала злость. На Эстер конечно, не на Финна. Хотя, блондинка  была очень огорченна и расстроена, что  ее любимый брат так слепо идет за той, которая сама же и создала всех этих монстров. Настолько старается быть для нее хорошим сыном, что даже не задает никаких вопросов. Настолько, что остался ей преданным, зная, на что она обрекла в детстве Фрею.
-Для нашей семьи нет уже лучшего пути. Мы все стали такими, какие есть. И в этом помогла нам наша мать. Как ты можешь так верить ей, даже после того, как она отдала меня Далии? После того, как разлучила нас с тобой? - голос Фреи чуть повысился, но девушка взяла себя в руки, - ты помнишь , я знаю. Как она стояла и ничего не делала. Ни в тот момент, ни потом. Она просто вычеркнула меня из своей жизни. И в тот момент она породила первого монстра - нашего отца.
Фрея глубоко вздохнула и дотронулась кончиками пальцев до кулона, посмотрев на Финна.
-Я тоже рада тебя видеть, хотя, была бы рада увидеть тебя не при таких обстоятельствах, - она пробежалась взглядом по лицу брата, затем по торсу и опустила взгляд на руки, а потом снова перевела свой взгляд на лицо.
-У нас не самые лучшие братья и сестра, да, они вампиры, но они наша с тобой семья. Намного ближе, чем могла бы быть нам Эстер. Что бы не происходило между нами, одно остается неизменно, - девушка сделала паузу, и встав с кресла, подошла к брату и положила руку на плечо, - мы всегда защищаем друг друга. От врагов, от друзей, от сумасшедшей матери.

+1

5

Он не знал, что ответить. Он не задумывался о том, попытается ли вернуть Эстер к жизни, если тому будут способствовать все обстоятельства. Он настолько привык слушаться властную ведьму, что готов был пожертвовать собой, чтобы вся остальная семья погибла. Казалось, что Финн никогда и не жил своим умом, своей волею. И сейчас, своим вопросом, Фрея ставила его в тупик. Ему нужно было время подумать, но, по сложившейся традиции, у него не было этого времени. Ему нечего было ответить сестре, поэтому он молча разглядывал ее хрупкое тело, милое личико, выражавшее высшую степень невинности. Как вообще это создание, что сейчас находилось с ним в оной комнате, могло быть связано с Майклсонами, могло встать на их сторону и желать смерти собственной матери?
Конечно, он прекрасно помнил, как прятался в полах юбки матери, когда Далия забирала его старшую сестру. Долгое время он еще пытался спрашивать у Эстер, куда делась Фрея. Но, как и следовало думать, Эстер пресекала эти вопросы на корню. Она врала всем. Она врала собственному мужу. Финн не знал до конца, что же рассказала мать отцу, но то, каким стал родитель говорило о том, что их жизнь никогда не станет прежней. Он не простил мать за то, что она отняла у него первого друга. Но и признать то, что ненавидел Эстер за это, он не мог. Никогда не мог, только в этот момент, в пустой комнате, когда на него смотрит эта девушка, которая выросла, которая смогла прожить тысячу лет, чтобы иметь возможность встретиться со своими родными. И она ничуть не виновата в том, что эти родные оказались монстрами. Все. Без исключений.
- Они могли бы, если не исправить свои ошибки, то хотя бы искупить вину. И умереть, как это и должно было произойти много веков назад, - его голос был тихим. Он верил в то, что его семья еще может найти искупление, стоит только постараться. Или, эту веру ему вбила в голову Эстер, когда пыталась изменить своих детей. Он уже и сам не знал, кто именно виноват в том, что он не испытывает никаких эмоций к Никлаусу и Элайдже.
- Она старалась спасти всех остальных, - голос мужчины дрогнул. - Да, она не должна была отдавать тебя Далии, она должна была найти другой способ, но тогда Далия не оставила ей выбора. Кажется, - он знал все это лишь со слов матери. И он не хотел копать глубже. Меньше всего ему хотелось узнать о том, что мать предала всю семью, отдав первую дочь своей сестре. В его мыслях должно было оставаться хоть что-то, что оправдывало бы матушку, чтобы он не перестал верить ей. Эстер неплохо поработала, внушив своему сыну ненависть к монстрам, коими стала его семья, и любовь к себе. Той, что сама создала этих монстров. - Твой брат держал всю семью в гробах, Фрея. Я сам был монстром, но мне был дан шанс стать прежним, избавиться от Тьмы в моем сердце. Это Эстер предлагала и остальным. - Он вздрогнул, когда рука девушки коснулась его плеча, но, не сомневаясь, положил свою руку сверху, поднимая голову и глядя сестре в глаза. - Она никогда не бросала нас, просто... У нее специфическое чувство любви.

+1

6

Тишина, повисшая в комнате после вопроса Фреи, звоном стояла  в ушах. Девушка понимала, что ее брату тяжело все это принять. Столько времени жившему под волей их сумасшедшей матери. У нее было достаточно времени, что бы вбить Финну в голову те идеалы, в которые она верила. Ту ложь, которой так щедро одаривала всех вокруг. Всех без исключения.
Пожалуй, Эстер врала даже самой себе, убеждая себя в праведности своих поступков. И для Фреи в общем было удивительно, как предки, пока матушка была мертва, не извели ее на той стороне за то, что она сделала. За такое притупление против природы. Хотя, уж кто точно был странным, так это предки. Их логика вообще мало поддавалась пониманию.
Но как хотелось Фрее, что бы Финн, ее любимый брат, самый близкий человек, так рьяно не отстаивал Эстер. Будто ее слова - истина в последней инстанции.
-Умереть? Ты правда хотел бы, что бы вся наша семьи приняла смерть - как искупление греха нашей матери? - Фрея удивленно посмотрела на брата. Да, матушка постаралась на славу. Душа Финна была так же сломана, как и всех ее детей. Но своими лживыми речами, она создала иллюзию любви и исцеления, - в таком случае, если ты правда так считаешь, что мешает тебе вырвать мне сердце? Твоих сил хватит, что бы его остановить. Я ведь так же должна была умереть уже много столетий назад. Разве мы все просили наши бессмертные жизни? Разве хоть один из нас желал такой жизни себе и друг другу? Скажи Финн, разве она нас спросила? Нет, она сделала так, как напели ей голоса в голове. По ее словам, что бы мы были защищены от оборотней. Потрясающе, - ведьма несколько раз похлопала в ладоши, - но как-то она забыло то, что предала семью, разделив постель с оборотнем. Отец не был подарком, но ради него, она предала свою сестру. Тебе не кажется, что слепо верить словам той, что предала всех, кто у нее был, глупо?

-Она хотела спасти только саму себе. Из раза в раз. Предавая всех, она пыталась лишь спасти себя, - девушка почувствовала руку брата на своей руке. Пожалуй, это было то, чего ей так не хватало все это время.
-Финн, наш брат, не самый лучший. Он параноик и обозлен почти на всех, но никогда не оставит нас, если грозит опасность. Все его поступки, в том числе и каникулы в гробах, в его мыслях, в его сломанной душе выглядят как забота о нас.  Но таким его сделала наша мать. Череда ее предательств и ошибок, будет преследовать нас до конца времен. От Тьмы в сердце не избавишься, переселившись в другое тело. Куда переселиться нужно мне, что бы моя Тьма рассеялась? У тебя есть на это ответ? Наша мать извратила само слово "любовь".
Ведьма посмотрела в глаза брата. Уставшие, полные боли и горечи и провела другой рукой по щеке.
-Пора оставить попытки исцелить нашу семью, Эстер никогда не хотела этого. Она просто хотела и будет хотеть всегда только одного - нашей смерти. Финн, - она оставила руку на щеке и провела кончиком пальца, - пора принять свою семью такой, какая она есть. Все что есть у нас друг у друга - это мы сами.

+1

7

Они оба не понимали друг друга. И он готов был это признать. Он прекрасно осознавал, почему все происходит именно так. Он прекрасно осознавал, что влияние Эстер на него было очень сильным, и что не получится вот так вот за пару минут в компании утерянной сестры перечеркнуть всю прошлую жизнь. Если это вообще можно было назвать жизнью. Его жизнь, несмотря на возраст в тысячу лет, была слишком короткой. Ровно до того момента, когда Никлаус уложил его в гроб. А потом в небытие его отправил Мэтт Донован. Тот самый, чьим именем он подписался под письмом, отправленным Майклсонам.
Его не интересовало, почему эти двое прибыли вдвоем. Его больше ничего не интересовало, кроме сегодняшнего дня, когда он встретил свою сестру, которую, казалось, потерял навсегда. Он был благодарен Эстер за подаренный шанс еще раз заглянуть в ее глаза, услышать ее голос. Не будучи где-то в кулоне, в качестве бесплотного духа, чьи силы помогают ведьме Майклсонов, а в качестве живого, теплого, мыслящего человека.
- Мы все должны были прожить обычные человеческие жизни, которые должны были окончиться тысячу лет назад, - впервые он не поддерживал взгляды матери. Он правда считал, что не будь они вампирами, их жизнь была бы другой. Каждый из них мог бы обзавестись семьей, детьми, внуками, и сейчас потомки Майклсонов разбрелись бы по миру, продолжая их фамилию. Вместо это го они были обречены вечно скитаться по миру, навевая страх на всех живущих. - Я не оправдываю, сестра, измены матери. Никто не виноват в том, что Хенрик погиб от оборотня. Никто ни в чем не виноват, но именно отец упросил Эстер сделать детей монстрами, - Финн знал это. Он помнил, что Майкл считал это единственным возможным способом спастись от оборотней.Никто ни в чем не виноват, но все виноваты во всем. Но пока, каждый из них винил во всем разных людей. Для каждого была своя правда, и не Финну было решать, когда глаза его семьи откроются.
- Каждый из нас сделал любовь тем, чем она является, - Финн прижался щекой к теплой руке сестры, прикрыв глаза и будто отправляясь в детство, когда все еще было хорошо, когда их было двое и никто их еще не разлучил. - И никто не пытается изменить это, - это он сказал с горечью в голове, открывая глаза. Крепкие руки обвили талию девушки, поддавшись порыву, он уткнулся лицом ей в живот, теряясь в мыслях, воспоминаниях и чувствах. Фрея права, Эстер извратила слово "любовь", как и каждый из их семьи. Но пока хоть кто-то будет стремиться к лучшему, будет возможность найти свет среди всей этой тьмы. - Ты теперь говоришь совсем как Элайджа, сестра, - проговорил медленно, растягивая слова. Ссориться с самым близким человеком из всей семьи было ошибкой, нелепой и грубой. И он не хотел портить отношения с блондинкой, которую сейчас сжимал в объятиях.

+1

8

-Должны были. Но так сложилось. Теперь у нас есть такая жизнь, - негромко отозвалась Фрея. Никто этого не хотел, и никто это не просил, но они такие, какие есть. Сломанные, израненные, жестокие чудовища. Каждый в своей степени. У каждого своя правда и свои мысли.
У Фрея не было больше слов. Да и что тут скажешь, ведь в какой-то степени Финн прав. Все виноваты и не виноваты. Такая судьба у их семьи. Даже детство у них отняли. Ну, по крайней мере у Фреи. У остальных, какое никакое, но оно было, пока не подросли и отец не начал их обучать.
-Сложно изменить то, что неизменно, - тихо прошептала девушка и погладила брата по волосам. Она понимала Финна. Для него то, кем стали братья - было ужасно настолько, что  он готов был принять смерть. Готов был быть правой рукой той, кто все это начала. Она не могла винить его в этом. Как и никого в своей семье. Возможно, причина тому, что у нее не было возможности все это время быт с ними. Обретя их всех, Фрея получила то, чего была лишена все столетия. Семью.
-Ну, говорить как Элайджа, не худшее, что может случится, - ведьма мягко улыбнулась и села на край кресла, продолжая гладить Финна по волосам, - да и в конце концов, его стремление чтить семью немаловажно. Как бы так не было, он единственный, кто не оставил попытки спасти Ника.
Фрея положила одну руку на спину брату, продолжая второй гладить по волосам и сама прикрыла на несколько минут глаза. Уносясь из этой комнаты, дома, Ника и Катерины в другой комнате, в детство. Где их было двое и все было хорошо. 
-Знаешь Финн, я правда рада наконец-то тебя обрести вновь. Ты мой первый брат и я всегда буду любить тебя той чистой любовью, которая была дарована нам, как детям, - она открыла глаза и посмотрела на брата. Весь мир Фреи был сосредоточен в семье, племяннице и теперь брате. Для нее он был слишком дорог, что бы она могла позволить себе его потерять вновь.

0

9

Фрея была права. Теперь поздно было менять хоть что-то. Но Финн был уверен в том, что при правильном отношении к ситуации, можно многое исправить, чтоб вся горечь этих лет не была таким тяжелым бременем на плечах его семьи. - Они убили в нас людей, - мужчина говорил мягко, просто констатируя факт. Каждый из них, наверное, приходил к этой мысли. - Но монстров мы сотворили сами. - Ему было искренне жаль, что младшие братья и сестры не были готовы отказаться от своей жизни, вернуться к истокам, стать могущественными ведьмаками и прожить свою жизнь иначе. Но он не мог, да и не смел больше уговаривать. Присутствие Фреи меняло все в его жизни. Ему казалось, что это он старший брат, который должен позаботиться о своей маленькой сестренке, которую только что нашел. Ради нее он готов был согласиться мириться с сущностью остальных членов семьи. Мириться, пока это не станет опасным для его Фреи.
- Почему ты думаешь, что им невозможно помочь? - Финн нахмурился. Он не знал, что готовила для братьев Эстер, но та девушка, что осталась в соседней комнате с Ником была важной. Это давало Майклсону повод думать, что в их братьях есть что-то, что мог пробудить один вид этой брюнетки. Но он не будет задавать лишних вопросов. Просто понаблюдает за происходящим. Теперь Эстер снова была мертва, а значит, она не могла использовать Катерину в своих целях. Если бы не пара нюансов, о которых знал Финн. Но, он попросту отмахнулся от информации, потому что она вряд ли пригодилась кому-нибудь в из семье.
Он притянул девушку к себе, усаживая на колени и качая, словно маленького ребенка. Давно он не чувствовал такого искреннего тепла, которое исходило от его сестры. Казалось, что вот он - его луч света, который он ни за что не должен отпускать. И он сжал ее в объятиях еще сильнее. - Ты мой первый друг, Фрея, - он улыбнулся. Возможно, впервые искренне за все это время. - И я рад встрече с тобой. - Но он знал, что стоит Никлаусу позвать, она уйдет с ним. И сейчас он разрывался на части: он не хотел становиться частью этой семьи, но и снова отпускать Фрею ему больше не хотелось.

+1

10

Каждый в семье Майклсонов был монстром. Никого не обошло это стороной. Чистым и невинным созданием была только Хоуп. Она была последнем лучом света в семье древних. Той надеждой, которая была нужна всем. Ее имя полностью соответствовало предназначению. Она влияла на каждого из их семьи благоприятно, делая лучше и сплоченнее. Пожалуй, она и была искуплением всего. Их забота о племяннице - вот что должно быть главным.
И теперь у Фреи был Финн. Не в кулоне, помогающей ведьме, а рядом. Живой, теплый, любящий и такой родной. Хотя, от родства в их семье уже ничего не осталось, с учетом, сколько раз все умирали и возрождались. Но это не влияло на то, что они оставались семьей.
-Потому что они не хотят этого, потому что сейчас, это лучшее, что могло быть с нашей семьей. Потому что, они живут так уже больше тясячи лет, защищая друг друга ото всех, - мягко произнесла девушка. Она не стала заострять свое внимание на том, как встретила ее семья. Как ник проверил ее бессмертие свернув шею. Как Элайджа сделал ее приманкой для Далии. Нельзя было винить их в этом. За столько столетий такой жизни, Фрея наверно стала бы таким же параноиком.
Она обняла брата еще сильнее, оказавшись у него на коленях и положила голову на плечо, уткнувшись лицом в шею. Ведьма была старшей в семье, но с Финном она не чувствовала себя таковой. Все детство он оберегал ее и заботился. Хотя, они оба заботились друг о друге. Для них больше не существовала другого мира, кроме того, что был сосредоточен между ними, в их играх, дружбе, разговорах. Для Фреи этот момент сейчас был как глоток свежего воздуха. Да, Майклсоны были ее семьей, но никто не знал ее раньше. Только Финн пережил с ней детство, пережил жестокую разлуку, когда Далия забрала ее. Никогда Фрея не забудет испуганные глаза брата, как он цеплялся за ее юбку, не понимая, что происходит. Она долго будет помнить, как плакала и просила тетю вернуть ее домой, вернуть ее к любимому братику. Она никогда не забудет, сколько плакала. Та боль, что принесла ей Далия, навсегда останется в сердце Фреи, но теперь, когда рядом был Финн, в душе было спокойнее и теплее. Будто мрак стал расступаться, давай солнечному свету пробиться и греть.
-Ты тоже мой первый друг и самый любимый брат, - девушка почувствовала, что Финн улыбнулся и тоже не смогла не улыбнуться, - не покидай меня больше, - девушка снова провела рукой по щеке брата. Ей было хорошо рядом с ним, спокойно. Такого не было с  остальными братьями. Ее тянуло к Финну. Казалось, Фрея может так сидеть вечно.
Но в какой-то момент Никлаус решит свои проблемы в другой комнате, и им придется уехать в Новый Орлеан. Фрея было очень больно думать, что обретя брата, она может его потерять, только потому, что Финн не захочет видеть своих родных.

0

11

Ему нравилась тишина, которая повисла в комнате. Финн вообще привык к тишине, сроднился с ней. Ему казалось, что тишина намного искреннее, чем слова, которые могут ее нарушать. Сидя в кресле, он молча слушал, как дышит его сестра, которую он потерял так много лет назад, слушал биение ее сердца, которое успокаивало. Он мог точно сказать, что только она, Фрея, была способна остановить его в уничтожении собственной семьи. Его мать сделала его оружием, точно так же, как и ту девушку, что была за стеной. Эстер не останавливалась ни перед чем, чтобы избавиться от тех, кого сама и родила. И впервые это пугало Финна. Что, если бы следующей ее целью стала Фрея. Мать не любила объяснять причин, а значит и переубедить ее было сложно. - Иногда мне кажется, что Эстер в моей голове, - тихо признался он, прижав указательный палец к своему виску. В его голове постоянно билась мысль о том, что он должен убить, уничтожить, избавить мир от зла, порожденного ведьмой. И он боялся этих мыслей. Они пугали его временами. А потом Эстер находила возможность выбраться с того света, и все приходило в норму. Ему казалось, что он все делает правильно. Ведь мать хвалила его, но никогда не посвящала в свои планы. Исключением стал Новый Орлеан, где ему пришлось жить под именем Винсента. Эстер впервые в жизни поделилась своими планами, дала ему четкие указания, что он должен сделать, но он провалил задание. Он был слишком увлечен тем, что пытался поймать Кола на измене их общему делу. А потом... Потом его заключили в медальон, что до сих пор висел на груди Фреи.
Он коснулся небольшой подвески, кладя ее на ладонь, а затем, с силой дернув, отбросил ненужную вещицу в угол комнаты. Он больше не был им нужен. Они встретились, и он больше не собирался отпускать свою сестру. Он никогда не простит Эстер и Далию за то, что они сделали с маленькой девочкой, что была его первым другом, что была для него самым родным человечком в мире. И когда ее забрали, ему казалось, что мир перевернулся. А сейчас он вставал с головы на ноги, позволяя им если не наверстать упущенные годы, то хотя бы начать их жизни, дружбу и судьбы заново. Он  даже готов был смириться с тем, что эти жизни будут связаны с остальными членами судьбы. Только, если она пожелает. - Почему ты с ними, Фрея, - он начал издалека, не желая сразу отказывать сестре в ее просьбе. Он знал, что она позовет его с собой в Новый Орлеан, и сейчас пытался понять, как правильно ему поступить. Она тоже должна была понимать, как сложно ему дастся любое решение, которое он сейчас примет. Он крепче обнял сестру, зарываясь носом в ее волосы и вдыхая запах ее кожи. Тихо и спокойно. Как раз так, как нужно, чтобы хоть на время расслабиться и забыть о том, что ты один из членов сумасшедшей семейки, в которой все норовят убить друг друга.

+1

12

Девушка встала перед братом и присев на корточки, чуть поморщилась. От полета в деревья, судя по всему остались последствия в виде ссадин и синяков. Но стоило порадоваться, что только они. Могло быть все хуже.
Вздохнув, она провела рукой по волосам брата и остановила ладонь на его щеке. Фрея взглянула в глаза брату и погладила его щеку большим пальцем.
-Я понимаю, - ведьма положила вторую ладонь на щеку Финна, - я помогу тебе избавиться от ее власти, если ты хочешь. Если мы монстры, то Эстер - еще больший монстр.

Эстер не только отняла у них выбор, но и сделала так, что вместо сплочения, все они могли запросто убить друг друга, зная, что бессмертные. Из-за влияния Эстер и ее вечных возвращений с того света - они стали параноиками. Настолько, что Никлаус в первую встречу сломал Фрее шею, что бы убедиться в ее словах о бессмертии. Финна Эстер подчинила себе давая ему то, чего не давала всем остальным детям. Свою лживую любовь. Он был для нее не более, чем оружием. Но эта женщина прекрасно умела плести паутину лжи, запутывать в ней всех, кто хоть немного плохо ее знал. Пускала корни, как сорняк.
Фрея была ограждена от влияния Эстер, от ее козней, но сейчас она видела, что та сделала с ее братьями и сестрой. Что Эстер сделала с Финном. Некогда улыбчивым, веселым мальчиком, с которым Фрея носилась по двору в догонялки, бегала по лесу по следам зверей и наслаждалась каждым днем. Эстер сделала его замкнутым, с навязчивой идеей убить всю семью. Она как медленный яд отравляла все его мысли. Но больше у нее не будет такой власти. Даже если Фрее придется отдать свою жизнь, что бы освободить Финна от контроля Эстер.
За то время, что он был в ее медальоне, она пропустила через себя все чувства и эмоции брата. Внутри нее было будто два человека. Две жизни. Ее и Финна. Так что ему не обязательно было что-то объяснять - Фрея все знала. Все понимала. Все чувствовала.

Ведьма даже не моргнула, когда Финн сорвал медальон. Хотя, от части он был еще нуден ей, что бы концентрировать свои силы. Но она сделает другой. Этот и вправду был больше им не нужен. Теперь ее любимый брат был рядом. Во плоти. Она чувствовала его дыханье, тепло его тела. Воспоминания из детства ворохом вспыхивали в голове.
Фрея села брату на колени, и прикрыла глаза, когда тот зарылся носом в ее волосы.
-Я с ними, потому что они моя семья. Семья, которой я была лишена больше тысячи лет, - негромко отозвалась Фрея, чуть касаясь поглаживая Финна по плечу, - я с ними, потому что нужна им. Так же, как ты нужен мне, - она чуть вздохнула и положила обе руки на плечи брата. Ведьма хотела, что бы он вернулся в особняк в Новый Орлеан вместе с ней, но она знала, как ему это тяжело. Для него это было намного сложнее, чем кому-либо из их семьи.
-Если ты не поедешь, я пойму, - совсем тихо отозвалась Фрея, - но мы оба нужны им.
Тишина, снова повисшая в комнате приятно обволакивала, унося мысли в прошлое, где не было всех этих проблем. Где были только они двое и их родители, любящие друг друга и своих детей.

0

13

Эстер умерла, но это совсем не помогало старшему из братьев Майклсон вздохнуть спокойно. Он знал, что если ей захочется, если у нее появится возможность, она снова воскреснет, чтобы вновь влезть к нему в голову, убедить, что его семья - враги. Он снова будет пытаться убить их всех, даже если ради этого придется пожертвовать своей собственной жизнью. Конечно, Финн понимал и то, что план Эстер вряд ли ограничивался одной лишь Катериной, которая была одной из частей пророчества. Никто не сомневался, что матушка подстраховалась, распространив свое зло во всем. Возможно, даже его она использует как способ достичь желаемое. Что, если он не сможет спокойно находиться рядом с семьей. Что, если влияние Эстер настолько сильно и по сей день, что у него появится лишь единственное желание - убить их всех.
От этой мысли Финн содрогнулся. Сестра, которую он только что встретил спустя так много лет, никогда не простит его, если он хотя бы попытается убить их братьев и сестру. Это понятно, она уже сроднилась с ними за то время, что жила в доме. Казалось, что они стали для нее важнее, ведь именно она заточила его душу в камне, стараясь спасти всех остальных. Она боролась с Эстер, когда та угрожала жизни Элайджи. Было сразу понятно, чью сторону выбирает эта девушка. Сказать ей о том, что он никогда не сможет находиться рядом с остальными Майклсонами - потерять ее навсегда. Ведь она не оставит их, пока им нужна защита, пока пророчество все ближе подбирается к Первородным, угрожая лишить их всего, что у них было - семья и власть. Он молчит, потому что ему надо подумать. Не так много времени у него есть, чтобы обдумать все варианты, чтобы принять единственное правильное решение. Ему было очень сложно признаться сестре, что он все еще может навредить всем. Казалось, что проще, если он будет держать это в тайне, стараясь побороть в себе все эти желания. Возможно, однажды, он сможет вздохнуть свободно, вырвавшись из той паутины, что плела Эстер все эти годы.
- Они никогда не были твоей семьей, Фрея, - последние попытки бороться с этим наваждением, которое все называют просто семьей Первородных. Создавалось ощущение, что они действуют на Фрею так же, как их мать действовала на самого Финна. - Они даже не помнили о тебе. Для них ты была лишь девочкой, о которой нельзя было говорить. Они не знали тебя так, как я. Потому что их не было. - Если бы дети в утробе матери могли слышать и запоминать все, что приходит к ним из внешнего мира, Элайджа, возможно, вспомнил бы, как Фрея разговаривала с ним. ФИнн был единственным из детей Эстер и Майкла, кто видел Фрею, играл с ней, рос. Но был ли у него сейчас выбор? Фрея все давно решила. Она хочет оставаться с семьей, которой была лишена добрых тысячу лет. - Разве могу я оставить тебя с ними? И кто-то должен приглядывать за этой девушкой, - он кивнул головой на стену, за которой была скрыта соседняя комната, - пока она не пришла в норму. - Ему не хотелось рассказывать все то, что он знал о воскресшей. Это не имело значения.

0


Вы здесь » TVD&TO:FINAL FIGHT » The World Has Turned and Left Me Here » too many questions, too few answers


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC